Саргис Григорян: Новейшие проявления исламского радикализма на Кавказе как угроза для Армении и Росиии

13 Апреля 2022
111
Саргис Григорян: Новейшие проявления исламского радикализма на Кавказе как угроза для Армении и Росиии
Доклад на круглом столе РСМД и Общественной организации ДИАЛОГ «Россия и Армения: 30 лет союзнического взаимодействия» Москва, 8 апреля 2022 г.

В кавказском регионе активно развиваются исламские крайне радикальные тенденции, которые стали особенно очевидными с начала 1990-ых годов и продолжают оставаться таковыми до сих пор. Причины этой активности разнообразны, и  их надо искать как на Кавказе, так и за его пределами.  

Последователи исламского радикализма на Кавказе начали выступать с позиции очищения «традиционного» ислама (действующего на Кавказе в основном в виде суфизма ) и возврата к периоду Пророка Мухаммеда и четырёх праведных халифов. При этом они руководствовались принципами радикальной исламской идеологии, обвиняя последователей «традиционного» ислама в отступничестве, отдалении от истоков ислама и идолопоклонстве.

Особенности распространения исламского радикализма на Кавказе были обусловлены взаимоотношениями властей и лидерами исламской общины, местным этническим составом и его историческими взаимоотношениями с исламом, событиями, произошедшими в Чечне, идеологией местных религиозных руководителей и т.д. Видимые противоречия между исламским радикализмом и суфизмом на Кавказе привели к активизации радикализма, что стало заметным и среди молодёжи в начале 1-ого десятилетия 21 века.

Кроме России, которая осознавала значение северокавказского региона с точки зрения сохранения территориальной целостности страны, в этом регионе активизировались США, Турция, Иран, Саудовская Аравия и другие страны, которые преследовали свои геополитические интересы в данном регионе, финансируя и поддерживая разные структуры и программы.

Новые тактические подходы исламистов в кавказском регионе в начале 2-ого десятилетия 21 века были обусловлены не только антитеррористической борьбой центральных и региональных властей России и применением жёстких силовых методов. Ближневосточные события создали новые возможности для кавказских исламистов проявить себя. Они начали искать новые территории для джихада. Ими стали Сирия и Ирак. Углубление сирийского конфликта и благоприятные условия, созданные для борьбы джихадистов, заставили исламистов рассматривать Сирию как расширяющуюся и получающую широкий размах арену борьбы джихадистов, которая позволила бы укорениться и в Сирии, тем более, что с начала 2012 г. здесь стал заметен приток исламистов со всех концов света. К этому прибавилась и финансовая и военная поддержка, оказываемая сирийскому оппозиционному лагерю, в том числе и исламистам, для организации борьбы против Башара Асада. Помимо этого, исламистов привлекали также богатые энергоресурсами сирийские регионы.

В дальнейшем в сирийском конфликте были замечены противоречия не только в оппозиционном лагере в целом, но и разногласия между исламскими радикальными группировками, которые переросли в войну в том числе между ИГИЛ (ИГИЛ- террористическая организация, запрещённая в Росиии) и “Джабат аль-Нусра” (“Джабат аль-Нусра”- (террористическая организация, запрещённая в Росиии).

С 29 июня 2014 г. ИГИЛ, провозгласившая себя “Исламским государством” (ИГ), открыто представила свои цели – создание в значительных частях Сирии и Ирака государства для всех мусульман. Объявление о создании государства (халифата), фактически, зарегистрировало реальность о фактически существующем исламском государстве, которое построено, или же строится в самом сердце арабского мира. В новые времена в мусульманском мире такого государства не существовало. 

С начала провозглашения ‘’Исламского государства” со стороны религиозных  радикалов началось использование стратегии “Бакия ва Татамаддад” (Основаться и расширяться).Таким образом, были положены основы практических действий ИГ, которые подразумевали укрепление джихадской борьбы на конролируемых ими сирийских и иракских территориях, а также направление накопленного религиозного, идеологического, и военного потенциала в сторону соседних мусульманских и не мусульманских стран. Таким образом ИГ превращaлся в новую реальность и во влиятельный фактор. 

В июне 2015 г. 34-ым вилаятом ИГ был обьявлен Кавказ ("Вилаят Кавказ"). Абу Бакр принял адресованную ему присягу на верность от некоторых исламистов из Кавказа. 23 июня один из лидеров ИГ Абу Мухаммад аль-Аднани в своем обращении заявил, что на Кавказе образуется новая территория, входящая в состав Исламского государства, амиром или валием которого будет назначен Абу Мухаммад Кадарский.

В 2013-2014 годах в Сирии наметились разногласия между исламскими крайне радикальными структурами – «Аль-Каидой» («Аль-Каидой» - террористическая организация, запрещённая в Росиии)  и ИГИЛ. В этом контексте появились разногласия и в среде кавказских исламистов. Эти разногласия особенно обострились к середине 2014 года и были обусловлены новыми обстоятельствами, в частности процессами, развивающимися в Сирии и Ираке.

В условиях создавшейся ситуации на Ближнем Востоке активизировавшиеся исламские крайние радикалы не игнорировали и Кавказ. Дело в том, что стратегической целью «Исламского государства»  было занять главенствующую позицию в исламской радикальной среде, что подразумевало повышение его роли среди влиятельных исламских структур, действующих в регионах, населённых мусульманами. В этом контексте обострились противоречия  между кавказскими исламистами старшего поколения, которые примыкали к «Аль-Каиде» и молодыми исламистами, примыкающими к «Исламскому государству». 

Примечательно, что параллельно с созданием «Кавказского вилаята» «Исламское государство» активизировало пропаганду на русском языке. Если до половины 2015 года в основных информационных ресурсах «Исламского государства» («Дабик», «аль-Фурат» и т.д.) сообщения на русском языке появлялись крайне редко, то с лета 2015 года в соцсетях начали распространять «Исток» – вестник на русском языке, целью которого было представить русскоязычному пользователю те процессы, военные действия, детали проведения джихадa, происходящего в разных регионах «Исламского государства» и в мире, способы пропаганды в населённых мусульманами регионах России и т.д.

В июне 2015 года, после провозглашения «Кавказского вилаята», наметилась активизация джихада в России, что свидетельствует о том, что крайне радикально настроенные исламисты Кавказа вступили в новый период, втягиваясь в происходящие на Кавказе и за его пределами события. Деятельность исламистов на Кавказе, которая под видом терактов была направлена против работников правоохранительных органов и блокпостов, указывала на то, что у них был определённый мобилизационный ресурс, хотя можно предположить, что исламисты не были готовы к более масштабным действиям . Надо отметить также, что действующие на Кавказе исламские крайне радикальные структуры были связаны с находящимися за пределами их региона подобными структурами, и что это давало возможность управлять ими. 

Упомянутая действительность явилась причиной распространения исламских крайне радикальных идей на Кавказе и активности кавказских исламистов, став угрозой, как на Кавказе, так и за его пределами. 
 
То обстоятельство, что Армения, находится в окружении мусульманских стран и заселенными мусульманами территориями (некоторые пограничные территории Армении с Грузией), также делает приоритетным исследования исламистского радикализма на Кавказе, структур, проповедующих идеи крайнего радикализма и их лидеров. 
 
В ходе войны в Карабахе в 2020 г., Турция и Азербайджан использовали наемников, привезенных из Сирии. Вербовка, переброска и вовлечение последних в боевые действия происходили организованно, с использованием территории Турции в качестве транзитной страны.

Численность боевиков составляла около 2000-3000 человек (по некоторым данным, еще больше), причем, в разное время они были переброшены с карабахско-азербайджанской линии соприкосновения (вербовка в Сирия началась в 2020 г. В летние месяцы вывод боевиков из войны происходил с 26 ноября до конца года).

Наемники набирались из подконтрольных Турции северо-западных сирийских провинций. Вербовку осуществляли так называемые «посредники», имевшие связи с турецкой армией и разведкой. Наемники в основном представляли группировки, действовавшие преимущественно в подконтрольных Турции северных районах Сирии, таких как «Аль-Хамза», «Султан Мурад», «Султан Сулейман Шах» и др. По некоторым данным, среди переброшенных боевиков было около 150 кавказских исламистов (связанных с группировкой «Аджнад аль-Кавказ»), этническая принадлежность которых неизвестна. Наемники в основном привлекались к войне, чтобы заработать денег. С боевиками были подписаны трехмесячные контракты. Боевикам было обещано жалованье в размере 10 000 турецких лир за три месяца службы, включая аванс в размере 1 500 лир до приезда в Азербайджан. Родственникам убитых боевиков пообещали 25 тысяч лир (по некоторым данным, некоторым семьям убитых боевиков в сирийском городе Мара уже возмещены средства).

Были также идеологические мотивы (рассмотрение войны как этапа джихадистской борьбы) для небольшого числа боевиков, которые были мотивированы на участие в карабахской войне.

Некоторые наемники говорили в своих интервью, что согласились приехать в Азербайджан потому, что мусульманские святыни были «осквернены армянами», в мечетях были свиньи, овцы и коровы, а их миссия заключалась в том, чтобы «очистить мусульманские земли». Они рассматривали свое участие в карабахской войне как миссию, угодную делу ислама, игнорируя даже критику борьбы за шиитский Азербайджан. Однако с вербовкой и привлечением боевиков по идеологическим мотивам в Сирии возникли проблемы, что нашло отражение в недовольстве сил, представляющих лагерь сирийской оппозиции, и выводах некоторых мусульманских богословов. Последние в основном были обусловлены светским государственным устройством нынешнего шиитского Азербайджана, а также недопустимостью войны в этнотерриториальном (а не религиозном) карабахском конфликте.
 
Выводы

Исламские крайне радикальные проявления в России всегда существовали. Они нашли широкое применение на Кавказе и стали особенно заметны с начала 1990-ых годов. Причины их возникновения множественны, начиная с существующей ситуации, внутренних исламских проблем, закаканчивая событиями, развивающимися за пределами региона. Это даёт возможность структурам, руководствующимся крайне радикальными идеями и исламистам в Кавказском регионе, активно действовать, проповедовать свои идеи, вербовать исламистов и втягивать их в джихад.

Исламские радикалисты в Кавказском регионе пытаются внедриться во все области общественной жизнедеятельности. При этом можно заметить также усугубление противоречий между традиционными направлениями ислама (религиозные школы суннитов (мазхабы), шииты, ордены суфиев и т.д.) и последователями крайне радикальных течений.

Жёсткая политика России против крайне радикальных исламистов на Кавказе приводит к противодействию, что заметно и на Кавказе, и в других регионах. В нашей действительности, кавказские экстремистские проявления, будучи составляющей частью всеобщего крайне радикального исламского движения, обслуживают также интересы крайне радикального сегмента и используются для обслуживания духовных, политических, экономических интересов некоторых государственных кругов, а также их целей. 

В Кавказском регионе за спиной крайнего радикализма стоят сетевые структуры и авторитетные исламские лидеры, которые очень активны как на Кавказе, так и за его пределами. Делаются попытки держать в напряжении Кавказский регион также и посредством закалённых в боях на Ближнем Востоке джихадистов. Этим обусловлена активность занимающих главные позиции в крайне радикальном сегменте «Аль-Каиды» и «Исламского государства», усиление  крайне радикальных настроений и активная джихадистская борьба в самом Кавказском регионе. Правда, российские власти стараются любыми способами подавить подобные проявления, но искоренить их будет непросто.

Турция и Азербайджан давно готовились к переброске боевиков из Сирии для их использования на карабахско-азербайджанской линии соприкосновения, так как она осуществлялась организованно. Не случайно тема боевиков и наемников-террористов активно муссировалась вплоть до 2020 года. Это всё была попыткой отвлечь внимание военных экспертов, не допустив раскрытия их применения в войне 2020 г.

Основной мотивацией участия боевиков в 44-дневной войне был заработок, но было небольшое количество боевиков, переехавших в Азербайджан по идеологическим соображениям. Это свидетельствует о том, что турецкие круги провели серьезную пропагандистскую работу по обеспечению этой идеологической привлекательности.

Азербайджанская армия использовала боевиков на самых горячих участках линии соприкосновения, чтобы избежать потерь в собственных силах. Подписанные контракты с боевиками говорят о том, что они использовались в долгосрочных целях (в случае продления боевых действий). Предполагается, что наемники могли быть уничтожены, тем самым освободив Турцию и Азербайджан от соглашения о выплате.

После окончания войны большая часть наемников была вывезена из Азербайджана, переброшена в Турцию для использования в других конфликтах или уже переброшена в Сирию. Не исключено, что часть боевиков все еще находится в Азербайджане (в частности, до сих пор неизвестна судьба 150 кавказцев), их можно использовать для совершения обстрелов вдоль линии соприкосновения, для провоцирования напряженности в других частях Кавказа.

Источник: Dialogorg.ru
Поделиться

Интересное

Возврат к списку