Рафаил Зинуров: Большевики и Армянский вопрос – тактические и стратегические ошибки

16 Февраль
116
Рафаил Зинуров: Большевики и Армянский вопрос – тактические и стратегические ошибки
Dialogorg.ru представляет статью доктора юридических наук, сопредседателя организации ДИАЛОГ, члена Совета Федерации РФ в 2013-2018 гг. Рафаила Зинурова «Большевики и армянский вопрос – тактические и стратегические ошибки», которая вышла в Вестнике Московского государственного областного университета.

Российский арменовед представляет обзор проблем политики первых лет советской власти относительно Республики Армения и Армянского вопроса, по сравнению с аналогичной политикой самодержавия, обзорный анализ обстоятельств и условий советско-турецко-армянских отношений, их последствий, освещает наиболее проблемные стороны арменоведческой науки в аспекте Карабахской и Нахичеванской проблем.

Башкирским автором проанализирован обширный монографический материал о сути Армянского вопроса, Карабахской проблеме, правовом статусе Нахичеванской автономии в составе Республики Азербайджан, даны оценки нормативным актам, дипломатической переписке стран относительно Армении в 1920-х гг., и историческим событиям в советско-турецких отношениях 1920–1930 гг.

Результаты проведенного исследования показывают, что Советская Россия совершила ошибку, пойдя на сближение с Турцией, отодвинув давнего союзника России – Армению. Расчет на Турцию как на ближайшего союзника впоследствии не оправдал себя, а Армянский вопрос был предан забвению. Карабахский конфликт продолжает оставаться очагом опасной напряженности на Кавказе. Автор приходит к мысли, что все сказанное находит отражение в политико-экономическом положении Армении и является наиболее проблемной стороной арменоведческой науки.

В современном арменоведении, казалось бы, все проблемы этой науки, освещаются достаточно полно и объективно. Сегодня на просторах бывшего СССР этому вопросу уделяется большое внимание. Между тем, на факт обострения армянского вопроса в первые годы советской власти, внимания почти не уделяется. Советские идеологизмы прошлых лет на этот  вопрос как бы наложили «табу» на многие десятилетия. 

На острые политические события Гражданской войны в Закавказье, наложил своеобразный и даже драматический отпечаток, армянский вопрос, который в конце второго десятилетия XX века, все еще оставался нерешенным, и лишь все более усложнялся. Начало этих событий лежало в последствиях и результатах русско-турецкой (1877-1878), а после и в событиях Закавказского фронта первой мировой войны.

Постоянно корректируя свою «армянскую политику», царское правительство впоследствии все же не сумело предотвратить кардинальную ошибку в этом вопросе. Так, в окружении русского царя, в ходе первой мировой войны, территорию завоёванную у Османской империи Западной Армении, стали рассматривать как естественное продолжение территории Российской империи в Закавказье. 

Армянский вопрос в этом смысле, для российского правительства не существовал, поэтому не могло быть и речи об автономии Западной Армении. Было создано Временное генерал-губернаторство во главе с генерал-лейтенантом Пешковым. В названии нового генерал-губернаторства Западная Армения даже не упоминалась. Царское правительство не намеревалось создавать какую-либо армянскую автономию, а наоборот задавалось целью превратить генерал-губернаторство после войны в обычную губернию России [10, 104-106].

Однако, чуть позже, уже будучи свидетелем ужасающих событий 1915 года, Российская империя вывела войска из Западной Армении. Таким образом, Российским государством в данном случае была допущена стратегическая ошибка, которая впоследствии приобрела геополитическое значение – армянский вопрос был обострён и в дальнейшем приобрёл ещё более конфронтационные формы. Оставив по праву войны завоёванную территорию Западной Армении в своём составе, Российское государство в международном плане, оказалось бы в выигрышном положении, существенно укрепив свои военно-стратегическое положение в этом регионе. 

Достаточно напомнить, что из 2 млн. 54 тыс. армян, проживающих на тот период в России, 250 тыс. пополнили ряды царской армии. Многие из них воевали в частях русской армии уповая на некую самостоятельность Западной Армении в составе России, или же на присоединение к Восточной Армении.

Кроме того, к этому времени,   на Кавказском фронте, фидаинами-ветеранами Андраником Озаняном, Драстаматом Канояном  и др. были сформированы армянские добровольческие дружины и регулярные стрелковые части [10, 101]. В составе этих отрядов, воевали многие из знаменитых армянских фидаинов, ветеранов многолетней          изнурительной партизанской войны против турецкого правительства – Андраник Озанян, Гайк Бжишкянц (под командой которого в годы Гражданской войны в России, воевал еще никому не известный будущий маршал Г.К.Жуков), Драстамат Коноян, Гарегин Нжде, будущий маршал советской армии Ованес Баграмян, будущий командующий военно-воздушными силами СССР в послевоенный период Арменак Ханферянц (Сергей Худяков), лидер партии дашнакцутюн в Парламенте младотурецкого правительства Гарегин Пастермаджан (Армен Гаро), Амазасп Агаджаняни и многие другие.

Достаточно отметить, что все они впоследствии прошли через горнило Гражданской войны в России и судьбы почти у всех из них, сложились трагично. Многие из воевавших здесь царских полководцев, как генерал от инфантерии  Н.Юденич, герой русско-японской и первой мировой войн, генерал от инфантерии, Лавр Корнилов, и др., в годы Гражданской войны оказались по другую сторону.

Между тем, правительства султана Абдул-Гамида, а позже и младотурков, как до первой мировой войны, во все годы первой мировой, так и последующие годы гражданской войны, пользуясь нерешительной политикой Российской империи в Закавказье, продолжало варварски уничтожать армян. 

Такой же военно-стратегический просчет в Закавказье,  всего лишь через несколько лет допустило и большевицкое правительство Советской России. «…У большевиков не было ясной программы нациестроительства на Кавказе. Они считали национальные проблемы вторичными в отношении социальных, а решением национального вопроса – сотрудничество людей разных национальностей» [18, 118-119]. 

На глубокую ошибочность такой позиции, обратил внимание «армянский Гарибальди» - генерал Андраник Озанян, выступая на Армянском общенациональном собрании в сентябре 1918 года: «Перед нами остро стоит вопрос сохранения физического существования армянского народа. Вас, кажется, не волнуют эти вопросы, вы увлечены одними социалистическими идеями…»[18, 119].

Большой анализ российско-армянских отношений в историческом и современном аспектах, привел в своей монографии российский арменовед А.А.Корнилов. Автором проанализированы исторические вехи российско-армянских отношений в плане освещения политики Москвы в Армении в XIX-XX веках, просчеты, успехи и недостатки этой политики в историческом разрезе, кроме того, намечены перспективы этих отношений в дальнейшем развитии Российской Федерации и Республики Армения [6, 46].

Современные российско-армянские отношения, основаны на прочном фундаменте исторических связей Армении с Россией. Стратегическое партнёрство Армении и России сегодня является объективным и значимым следствием всего исторического прошлого российского и армянского народов. В этой связи, наиболее острым и драматическим периодом российско-армянских отношений, являются послереволюционные годы, включая начало 1920-ых годов. 

В современной этно-социологии признано, что политическая партия большевиков, сформировалась на основе теоретических положений австрийской школы нациологии, которая в конце XIX  века признавалась наиболее авторитетной [8, 109-111]. В.И.Ленин, вслед за ним И.В.Сталин, почти механически перенесли реалии Западной Европы на национальные окраины Российской империи, ситуация в которой, в плане национальных отношений, в корне отличалась от западноевропейской.

Следует признать, что политику русификации царская Россия на своих окраинах действительно проводила. Однако, в последние годы, в этно-социологии была высказана позиция, согласно которой «в отличие от периферийных частей западноевропейских империй, в статусе российских окраин, при их изучении выявляется отсутствие колониальных признаков» [8, 110].

Не уходя в эту спорную теоретическую область, лишь отметим, что большевицкая доктрина национальной политики, была основана на не совсем приемлемых для российской действительности постулатах, таких как «русификация», подавление национальных окраин, поголовная неграмотность которых являлась как непреложной истиной и т.д. По мнению профессора В.А.Матвеева, так постепенно была создана историческая технология, основанная на искажениях и именно она сыграла свою роль в большевицком переустройстве России.

Что касается национальной политики царской России, то у нас имеются основания говорить о том, что эта политика не была столь грубой и насильственной. Между тем, именно такую политику стало проводить большевицкое правительство Советской России, действуя буквально как «слон в посудной лавке». Достаточно отметить, что следуя логике заветов В.И.Ленина, в первые годы Советской власти большевицкое руководство было больше заинтересовано в «приближающейся» мифической мировой революции, нежели в национальных интересах народов окраин Советской России и бывшей империи.

Именно в силу последнего обстоятельства, Советская Россия, вместо помощи армянскому народу, как давнему и верному союзнику на Южном Кавказе, на основе ряда секретных и открытых договоров, установила дружеские отношения с вековой угнетательницей Армении и извечным своим соперником – с кемалисткой Турцией

Руководство Первой республики, так и армянский народ, находились в возмущении и недоумении: ведь всего два года назад турки устроили резню армян в Баку, Нахичевани, уж не говоря о страшных событиях 1915 года. Именно это обстоятельство, вкупе с другими драматическими событиями, в частности, с непризнанием советами Первой Республики Армения, в Армении тогда вызвала резкий антисоветский настрой.

Однако, политические круги Республики Армения стремились наладить дружеские отношения с Советской Россией, вне зависимости от её политической системы [8, 25-26]. Более того, в разгаре Гражданской войны в России в апреле 1919 года, Парламент Первой Республики принял решение о невмешательстве в войну между большевиками и армией Деникина на юге России. Кроме того, согласно сведениям из документов Национального архива Республики Армения, Армения также отказалась от совещания в Яссах, где анти большевицкие силы должны были создать единый фронт борьбы против Советской России.

Однако Советское Правительство эти трудные шаги Первой Республики никак не оценило. Когда в 1918 году, после 600 лет отсутствия государственности была образована Армянская Республика, Советское Правительство не признало её. А усилия Первой Республики по установлению дипломатических отношений с Москвой оказались безуспешными.

Между тем продолжалось бурное сближение большевицкого правительства России с Турцией. Принятие же в Первой Республике «Декларации об объединённой и независимой Армении», большевицкие власти России восприняли враждебно, как «буржуазный акт, буржуазного правительства».

Чтобы не создавалось впечатления, что в этой части своего исследования мы настроены необъективно в отношении Советской России, её «армянской политики», заметим, что нами здесь излагаются лишь факты, опровергать которые сегодня вряд ли уместно и правильно.

Стремясь любыми путями удержаться и территориально расшириться, Советское Правительство в отношении Республики Армения совершало ошибку за ошибкой. Желая ещё больше сблизиться с националистическим Правительством М.Кемала Ататюрка, летом 1920 года Советская Россия предоставила Турции значительную военную помощь, которую турецкое правительство, согласно данным из архивных документов русско-армянских отношений,  поспешило использовать против греческого движения на западе, а на востоке против армян [1, 21], в ходе агрессии против Армении в сентябре 1920 года. 

Очевидно, что совместными согласованными действиями кемалисткого и большевицкого правительств, Первая Республика оказалась в тяжелейшей ситуации. Под непрерывным, грубым давлением большевицкой Москвы, Правительство Республики Армении подало в отставку, поверив клятвенным заверениям о своей неприкосновенности. Но вопреки общениям, многие армянские лидеры были арестованы. В то же время, несмотря на установление советской власти в Армении, Турция на оккупированных армянских землях продолжала массовое истребление и грабежи армян. Но ноты протеста от советского правительства не последовало [1, 22].

Неравное и совершенно несправедливое противостояние Советской России по отношению к Армянской Республике, завершилось победой советов и крушением Первой Республики Армения, руководство которой, как «дашнакское» и «буржуазное», с первых же дней, советской властью в России воспринималось только как враждебное. 

Такая же жёсткая оценка этим событиям дается и в современной армянской историографии. В частности, все точки над iрасставлены в новейшем и уникальном научном издании, выпущенном Национальным архивом Третьей Республики Армения в 2010 году - «Армения и советско-турецкие отношения в дипломатических документах 1945-1946 гг». Издание действительно уникально и в арменоведческом аспекте является чрезвычайно важным источником.

Исторические архивные документы, помещенные в этот сборник, раскрывают глубоко ошибочную, нелицеприятную политику Советской России в отношении Первой Республики Армения, и армянского вопроса в целом. Кроме того, на основе их анализа, мы вправе прийти к выводу о том, что Советская Россия, в последующем отдала Армению как бы «на заклание», в интересах своего сближения с Турцией. Логика такой политики не совсем понятна, впрочем, эта политика Москвы позже была полностью дискредитирована. При этом, в отношении СССР, Турция впоследствии поступила почти так же, как и  Москва в отношении Армении в начале 1920-ых годов. Но не будем забегать вперед, обратимся к документам.

Авторы вышеназванного сборника дипломатических документов «Армения и советско-турецкие отношения 1945-1946 гг.», ссылаясь на мемуары турецких дипломатов, в частности Али Фуад Джебесоя, участника советско-турецких переговоров 1921 года, приводят некоторые факты действий большевицкого правительства России. Приведем один из этих фактов.

Как видно из архивных документов, Народный комиссар по иностранным делам Г.Чичерин в установлении границ между Арменией и Турцией, твердо занимал армянскую позицию. Однако в своих мемуарах турецкий дипломат Али Фуад Джебесой с удовольствием отмечает, что с помощью народного комиссара по делам национальностей РСФСР  И.Сталина, им удалось обойти позицию народного комиссара по иностранным делам Г.Чичерина и его заместителя Льва Карахана в армянском вопросе и установлении границы между Арменией и Турцией.

 В сборнике дипломатических документов также отмечается, что своих мемуарах командующий Восточным фронтом турецкой армии генерал Карабекир-паша пишет, что турецкой делегации в Москве через Мдивани «удалось выйти на Сталина, являвшегося близким другом Ленина».

Впоследствии, первый посол Турции в Советской России Али Фуад Джебесой писал про Ленина, что «фактически он тот человек, который сделал возможным заключение договора с русскими. Если бы вопрос решался Чичериным, который находился под сильным влиянием Карахана, сторонника интересов армян, то он ничего не сделал бы» [1, 23].

В результате, 16 марта 1921 года в Москве между РСФСР и Турцией был заключен Договор и дружбе и братстве. «Советское правительство соглашалось не признавать никаких международных договоров, касающихся Турции и не ратифицированных и не признанных Великим Национальным Собранием Турции», - читаем мы в сборнике дипломатических документов. 

Очевидно, что это положение Московского договора в первую очередь было направлено против Севрского договора, отмены которого добивалась Турция, поскольку, выполнение пунктов Севрского договора страстно, но безуспешно добивалась Первая Республика Армения, апеллируя к западным государствам. Однако негативным фактом Московского договора было другое обстоятельство. 

Границы Армении и Турции были разграничены без участия Армении, так как по настоянию турецких дипломатов, переговоры проходили без участия Армении.  Турции Советским правительством, также без участия и ведома Армении, были переданы исконные армянские территории: вся Западная и Южная Армения, Карская область, Сурмалинский уезд со святым для всех армян Араратом и даже небольшая часть Ереванского уезда [1, 23-24]. 

Кроме того, в Договор была включена специальная статья, согласно которой исконно армянские Нахичевань и Шарур-Даралагязский уезд, отделялись от Армении и в качестве автономии передавались Азербайджану, «при условии, что Азербайджан не уступит сего протектората третьему государству». 

Нетрудно прийти к выводу о том, что под «третьим государством» очевидно, имелась в виду Армения. В пользу этой мысли свидетельствует следующее обстоятельство. Советское правительство для Турции в данном случае выступила как бы гарантом соблюдения интересов Турции, так как договором был предусмотрен и такой пункт: «Россия берет на себя обязательство предпринять шаги в отношении Закавказских республик, чтобы в договорах, заключаемых этими республиками с Турцией, обязательно признавались те статья настоящего договора, которые непосредственно их касаются» [1, 24].

В своем стремлении еще более сблизиться с Турцией, Советское правительство, выполняя свои обязательства по Московскому договору, приняло активнейшее участие в срочной подготовке Карского договора между Турцией и тремя Закавказскими республиками. Договор был заключен 13 октября 1921 года в Карсе и, по сути, дублировал статьи Московского мартовского договора. Попирая жизненные интересы армянского народа, Карский договор аннулировал Севрский договор, «навязанный Турции»» и якобы ущемляющий её интересы.

Таким образом, мы вправе констатировать, что Советское правительство, осознавая не легитимность Московского договора, поскольку этим договором границы Армении и Турции были разграничены без участия Армении, поспешило придать этому факту международно-правовой аспект.

Этим обстоятельством, были удивлены даже поднаторевшие в международных интригах британские дипломаты. Так, в телеграмме британского посольства в Константинополе в Лондон, от 22 ноября 1921 года, данный факт был прокомментирован следующим образом: «…Ничто не вызывает такого удивления, чем сговорчивая и даже услужливая позиция русских во всем этом деле. Турки, похоже, играли доминирующую роль и практически продиктовали условия договора. Они добились категорического исполнения своего права на Карс, и им удалось не сделать каких-либо уступок армянам, даже по второстепенным вопросам …» [1, 26].

Таким образом, при прямом вмешательстве «отца народов» Армения навсегда потеряла свои исконные территории в сердце Армянского Нагорья.

Продолжая такую политику и выполняя нелицеприятную роль по защите Турции от «агрессоров», в ходе греко-турецкой войны 1919-1922 годов, Советская Россия последовательно защищала Турцию. В частности, в ноте Народного комиссара иностранных дел от 12 сентября 1922 года греческому правительству отмечалось, что «…Советское правительство войну Турции против Греции рассматривает как войну турецкого народа за свое существование и независимость, против Севрского договора, отдавшего свободу турецкого народа в рабство европейским державам» [1, 27]. 

Однако, на этом «нелицеприятная» политика Советской России в отношении Армении не завершилась. На Лозаннской Международной конференции 1922-1923 гг., советская делегация активно защищала Турцию за счет территориальных интересов Армении. В связи с этим, вовсе неудивительно, что обсуждавшийся на Лозаннской конференции армянский вопрос, встретив активное противодействие турецкой и советской делегаций, был сведен на «нет».

По мнению А.Киракосяна, жертвами советско-турецкой «дружбы» тех лет, в первую очередь стали интересы армян, многовековых союзников России во всех её войнах с извечным соперником и врагом на южных рубежах – Турцией.

Мы вправе констатировать, что это была глубоко ошибочная политика Советского правительства, что впоследствии подтвердилось реальной действительностью. А пока, советско-турецкое сотрудничество все более укрепляясь, набирало обороты. В результате, 17 декабря 1925 года, между СССР и Турцией в Париже был заключен Договор о дружбе и нейтралитете, а 8 сентября 1926 года был подписан генеральный протокол об установлении в окончательной форме границ между СССР и Турцией. Армянский вопрос для СССР перестал существовать окончательно. 

Между тем, эта неестественная, исторически не обусловленная дружба вековых соперничающих, а то и враждебных стран,  не могла длиться долго. 

Поясним, что речь здесь идет о том, что в конце 1930-ых годов, политика Турции переметнулась на запад, предав своего «благодетеля и друга» - СССР. Напомним, что так же поступила Советская Россия в 1920 году относительно Армянской Республики. Впору назвать это явление «эффектом бумеранга».

Более того, почти в одночасье Турция стала врагом недавнему другу: «…согласно сведениям Генштаба Красной Армии, в августе 1941 года на границе с Арменией Турция сосредоточила около миллиона солдат с целью оккупации Закавказья, после взятия германскими войсками Москвы» [1, 41].

После Великой Отечественной войны Советское правительство было вынуждено вернуться к Армянскому вопросу о армяно-турецкой границе, поскольку, позиция ССССР, в ходе начавшейся «холодной войны» нуждалась в аргументах и козырях. Однако есть основания сомневаться, что это было продиктовано заботой о территориальных  интересах и попыткой восстановления исторической справедливости относительно Армении.

Этот вопрос, вынесенный Советским Союзом на международный уровень, закончился ничем, поскольку, как было логично заявлено министром иностранных дел Великобритании, "...советско-турецкая граница является не результатом принуждения, а двусторонних переговоров" [1,45].

Трудно судить, поняли ли в Советском правительстве глубокую ошибочность своей внешней политики в далекие 20-ые годы, когда значительная часть территории Армении, без участия армянской стороны, на советско-турецких переговорах была отчуждена в пользу извечного соперника на южных рубежах России.

Но, тем не менее, СНК СССР, в ноябре 1945 года, издал Указ о репатриации армян. Таким образом, многочисленные и настойчивые обращения руководства Армении, наконец были приняты во внимание. Очевидно, что этот шаг был предпринят лишь в силу внешних обстоятельств, международного положения СССР в ходе уже развязанной "холодной войны".

Однако, для многих репатриантов-армян это принесло лишь горе и страдания - многие после "чистки" за "связь с дашнаками", как "буржуазные националисты" были отправлены в ссылку. В то же время, политика СССР в отношении Турции, после смерти И.В.Сталина, вопреки интересам армян, вновь изменилась - 30 мая 1953 года, Советское Правительство официально отказалось от территориальных  притязаний к Турции  и снова стало искать пути сближения с Турецким правительством.

Но Турция продолжала гордо игнорировать эти стремления вплоть до начала 1990-ых годов. Так, в уже далеком теперь 1965 году, Премьер-министр Турции Сулейман Демирель на вопрос о военных базах НАТО на территории своей страны, заявил, что они были созданы для защиты от коммунистического  нападения на Турцию, и, что СССР в конце второй мировой войны потребовал от Турции Карс, Ардаган и проливы [15, 231].

В упомянутом выше сборнике дипломатических документов об Армении и советско-турецких отношениях, приведены документы свидетельствующие, что на всем протяжении советского периода, армянский вопрос для советского руководства был большой, неразрешимой и скорее всего, раздражающей проблемой. Так в сборнике приведено огромное количество писем из армянских общин разных стран мира в адрес советского руководства с просьбой, помочь по армянскому вопросу, о возвращении Западной Армении Армянской ССР. Эти секретные документы, хранившиеся в советских архивах за "семью печатями", впервые увидели свет лишь в наши дни [1, 55-227].

Мы не можем в рамках нашего исследования анализировать содержание этих обращений от представителей армянских общин США, почти всех стран Европы, стран Южной Америки, Австралии, Канады, Новой Зеландии  и т.д. Отметим лишь, что самое большое, что смогло предпринять по ним советское руководство - засекретить их.

Таким образом, Советское Правительство, начиная с перовых лет советской власти, вплоть до конца 1980-ых годов, к армянскому вопросу относилось лишь постольку, поскольку к тому вынуждали международные обстоятельства. 

Относительно изложенного выше материала заметим, что мы рассмотрели только один, но по нашему, мнению самый существенный вопрос в российско-армянских отношениях в советский период, как последствия пред и после революционных лет. Но по степени важности и проблемности для армянского народа, он, безусловно, имел приоритет над всеми остальными, менее значимыми вопросами.

Провалом политики большевиков на Кавказе, также явился декрет «О Турецкой Армении» от 29 декабря 1917 года, в которой говорилось о праве западных армян на самоопределение вплоть до создания собственного государства.

На деле, самоопределение без гарантий и механизмов осуществления, означало лишь реальную угрозу уничтожения армян на этих землях Турецким государством, которое, как мы знаем, ни о каком самоопределении западных армян, и слышать не хотело. Кроме того, это создавало смертельную угрозу даже для Восточной Армении [9, 54], что впрочем, годом позже и воплотилось в жизнь.

Следует напомнить, что правительство большевиков, в 1917 году стремясь любым путем удержать так неожиданно легко доставшуюся им власть, даже не пытаясь скрыть факт спешки, один за другим подписывало Декреты о самоопределении проблемных для них территорий бывшей Российской империи.

Так, уже на другой день после подписания Декрета «О Турецкой Армении», 30 декабря В. Лениным был подписан аналогичный Декрет относительно Великого Княжества Финляндского. Точно таким же образом, годом позже, Советская Россия вынуждена была признать независимость Польши, которая до этого, с 1815 года, находилась в составе Российской империи под названием «Царство Польское», (с 1870 года – «Губернии Царства Польскаго»).

В ноябре 1940 года, И. Сталин через В. Молотова, предлагал Гитлеру и Риббентропу секретный протокол по Турции, включавший в себя и судьбу армянских территорий на востоке Турции. Кроме того, в июне 1945 года, В. Молотов на встрече с турецким послом требовал возврата армянских территорий Карса и Ардагана. Готовилась военная операция против Турции, но предстоящим событиям помешал атомный щит США [14, 9].

Другим важнейшим вопросом в современной армянской историографии, являются проблемы Бресткого мира, Нагорного Карабаха и Нахичевани, повлекшие существующие и ныне непримиримые армяно-азербайджанские противоречия. 

После армянской резни в Баку, устроенной турками сразу же после его захвата 18 сентября 1918 года, Постановление ВЦИК от 13 ноября этого же года, объявило Бресткий мир недействительным. Но было уже поздно. Турция вовсе не собиралась уходить с исторических территорий Южной и Западной Армении, а в объятой Гражданской войной Советской России, до этого уже не было дела.

В письме И. Сталина В. Ленину, мы читаем: «…Тов. Ленин, я вчера только узнал, что Чичерин послал туркам дурацкое (провокационное) требование об очищении Вана, Муша и Битлиса (турецкие провинции с огромным преобладанием турок), в пользу Армении. Это армянское империалистическое требование не может быть нашим требованием…» [11, 365].

Позже, Советское правительство, как бы пребывая в угаре веры в мифическую мировую революцию, огромный урон и горе армянского народа, выдавало за некое великое достояние: «Соглашаясь на границу с Турцией, зафиксированную в московском договоре, трудящиеся Советской Армении проявили подлинный пролетарский интернационализм, который…  требует идти на величайшие национальные жертвы ради свержения международного капитала» [17, 117].

В таком серьезном научном исследовании, места эмоциям и личным чувствам автора, конечно же, не должно быть. Однако как по-другому можно относиться к приведенным выше пассажам большевицких лидеров России, ради вожделенной власти пренебрегшими святым правом армянского народа на свои тысячелетние территории?

Карабахский конфликт в современной армянской историографии занимает особое место, хотя мы должны отметить, что большинство историков и арменоведов, считая эту проблему сугубо политической, старается не касаться этого важнейшего для мирового армянства вопроса. 

В исторической науке последних лет, действиям властей Азербайджанской Республики была дана довольно жесткая оценка. Отмечалось, что в политический оборот здесь введены концепция «геноцида азербайджанцев» со стороны армян, и теория о многовековой агрессии армян против азербайджанского народа.

Так в Указе Президента Азербайджана от 26.03.1998 года «О геноциде азербайджанцев», содержится попытка обоснования «утери азербайджанских территорий» после Гюлистанского (1813) и Туркменчайского (1828) мирных договоров. Российская империя и Советский Союз рассматриваются как институты «армянских шовинистов». Кроме того, в этом же документе, серьезно утверждается о 200 летней агрессии армянских националистов против азербайджанского народа [3, 111].

В настоящее время в Нахичевани, де-юре и де-факто территории Азербайджана, политика, исподволь осуществляемая этим государством здесь на протяжении десятилетий, дала свои печальные результаты – армянского населения сегодня там нет. Современное историческое арменоведение эту проблему рассматривает однозначно – это исконная территория армян, ныне находящаяся в пределах недружественного соседнего государства.

Сказанное дополним весьма красноречивым фактом. В 1918 году, Иранское правительство письменно уведомило Баку о своем непризнании нового независимого государства под названием «Азербайджан». Более того, Правительство Ирана направило в Баку ноту протеста, в котором территорию нового Азербайджана объявляло своей неотъемлемой частью.

Заметим, что эти сведения приводятся в работе современного азербайджанского автора [2, 268-269].

На наш взгляд, относительно юридической стороны нахождения Нахичевани в составе Азербайджана, имеется очень важный фактор, который за исключением лишь некоторых арменоведов [7, 8], почему-то сегодня упускается из виду.

Ко времени распада Советского государства, Азербайджану, до настоящего времени не упраздненным Карским договором, было запрещено распространение суверенитета на Нахичевань. Напомним, что согласно ст. 5 Карского Договора, Нахичевань Азербайджану был передан всего лишь под покровительство, что вовсе не давало Азербайджанскому государству после развала СССР легитимное право распространять на эту территорию свой суверенитет, поскольку, покровительство в международно-правовом плане, не означает полный суверенитет «покровителя» над этой территорией.

Статья 5 Карского договора от 13 октября 1921 года: «Правительство Турции и Правительства Советской Армении и Азербайджана, согласны, что Нахичеванская область на границах указанных в Приложении  III настоящего Договора, образует автономную территорию под покровительством Азербайджана» [13, 50].

Однако будем объективны. Турецкое влияние на Азербайджан и Нахичевань сегодня достаточно плотно. В политике Анкары, по мнению некоторых ученых,  в отношении Нахичевани серьезная роль уделяется и вопросу интеграции данного региона с восточными вилайетами Турции в политическом, социально-экономическом и культурно-образовательном планах [4, 105]. Поэтому, нам представляется, что не учитывать этот фактор будет лишь в дальнейшем осложнять проблему не в пользу интересов армянского сообщества.

Литература

1. Армения и советско-турецкие отношения в дипломатических документах 1945-1946 гг. . Ереван, 2010, с. 21

2. Балаев А.Г. Азербайджанские тюрки: процессы формирования нации и национальной идентичности на рубеже XIX-XX веков. Баку, 2010, сс. 268-269 Выпуск III

3. Гаджиев К.С. «Большая игра» на Кавказе вчера, сегодня, завтра. «Международные отношения», М,2012, с. 111

4. Иванов В. А., Овсепян Л. М. Турецкие интересы в Нахичевани на современном этапе // Нахичевань в XX-XXI  веке: некоторые факты. «Русская панорама», Ереван, 2011, с. 105. 

5. Киракосян А. Д. Предисловие // Армения и советско-турецкие отношения в дипломатических документах 1945-1946 гг. Ереван, 2010, с. 41

6. Корнилов А.А. Российско-армянские отношения: исторический опыт, стратегические вызовы и перспективы. Н.Новгород-Ереван, 2001, с. 46

7. Манасян А.С. Карабахский конфликт. Политико-правовые факты и аргументы. «Де факто», Ереван, 2009, с. 8

8. Матвеев В.А. историческая наука и государственная политика на окраинах Российской империи (на примере Северного Кавказа). // Caucasica.  Труды Института политических и социологических исследований Черноморско-Каспийского региона. Т.2, М, 2013, сс. 109-111.

9. Махмурян Г. Г. Бресткий мир 1918 года в оценке современников и армянской историографии // «Историческое обозрение», 2012, №2, с. 54

10. Оганесян Л.Г Западная Армения в планах великих держав в годы Первой мировой войны // Историческое пространство. Проблемы истории стран СНГ. «Наука», М, 2014, сс. 104-106

11. Оганесян Э. Л. Век борьбы. «Феникс», М, 1991, с. 365

12. Петросян Г.А. Отношения Республики Армения с Россией (1918-1920). Ереван, 2012, сс. 25-26.

13. Сборник действующих договоров. III, М, 1922, с. 50

14. Сваранц А.А. Армянский вопрос и ближневосточный кризис // Газета «Ноев ковчег», 2016, №2 (277), с. 9  117

15. СССР и Турция. 1917-1991 гг. М, 1985, с. 231

16. Хейфец А.Н. Советская дипломатия и народы Востока. 1921-1927. «Наука», М, 1968, с.117

17. Шубин А.В. Армения между Россией и Турцией (1917-1920) // Историческое пространство. Проблемы истории стран СНГ. «Наука», М, 2014, сс. 118-119

 

Поделиться

Интересное

Возврат к списку