Корюн Оганян. Забытое письмо из Вана
Корюна Мурадовича Оганяна знают в Армении как одного из лучших преподавателей русского языка. Он преподает русский язык и литературу в основной школе поселка Верин Базмаберд и в средней школе поселка Неркин Саснашен в Арагацотнской области. Является автором более десяти научных статей, опубликованных в различных научных журналах, и победителем множества международных конкурсов.
В числе его значимых достижений — победы на конкурсах, организованных Государственным институтом русского языка имени А. С. Пушкина, Университетом Лобачевского в Нижнем Новгороде и Дальневосточным федеральным университетом. В 2022 году Корюн Мурадович стал финалистом XIII Республиканского конкурса «Лучший учитель русского языка Армении», а в 2021 году — одним из призеров Международного фотоконкурса иллюстраций к произведениям Брюсова. В 2023 году он издал «Словарь фитонимов», который получил положительную рецензию от Армянского государственного педагогического университета имени Х. Абовяна. Кроме того, он подтвердил высокий уровень владения русским языком, получив сертификат С2 в Центре языкового тестирования Санкт-Петербургского государственного университета в 2023 году.
Литературные труды Корюна Оганяна опубликованы в книгах «Русская строфа в Армении» и «Камень, Слово, Бумага» (составитель — Е. Шуваева).
На VI Международный литературный конкурс «Армянские мотивы»-2025 Корюн представил рассказ «Забытое письмо из Вана». Это глубокое и трогательное повествование о памяти, семье и трагедии Армении, пережившей на протяжении истории несколько геноцидов, сквозь призму найденного письма, хранящего в себе вечную боль и надежду. Главный герой, рассказчик, обнаруживает в старом молитвеннике письмо, адресованное матери, оставленное неизвестным сыном в тяжёлые времена. В словах живут любовь, стремление вернуться к родным и безысходность, связанная с историческими событиями, оставившими незаживающую рану в душе народа.
Это письмо — голос прошлого, обращённый к будущему, мост между поколениями, напоминающий о цене человеческих судеб и глубине материнской любви. Рассказ заставляет задуматься о неумирающей памяти, о трагических уроках Армении, о тяжёлых дорогах и о тех, кто не смог вернуться домой. Их истории живут в наших сердцах.
Забытое письмо из Вана
…Я нашёл это письмо в потёртом кожаном портмоне, между двумя страницами старого, истертого по краям молитвенника. Оно лежало там, словно храня вековую тайну, забытую всеми, кроме самого времени. Бумага была хрупкой, почти невесомой, а чернила так выцвели, что казались призрачными тенями, но слова – нет, слова были живыми. Они дышали прошлым, наполненные эхом давно ушедших дней.
Они остались между строк – острая боль, нежная, всеобъемлющая любовь и гнетущее предчувствие надвигающейся беды. Ни даты, ни подписи – лишь одно, щемящее сердце обращение: «Мам джан». А всё остальное – каждая буква, каждая пауза – сама Армения, ее извечная судьба и несмолкающая печаль.
Я лишь смиренный проводник. Моя единственная задача – донести до вас то, что было дано мне отыскать и, содрогаясь, прочесть.
Мам джан,
если ты это письмо получишь — значит, Господь всё-таки дал мне добраться до Сасуна, до тебя.
А если нет... тогда, может быть, кто-то всё-таки прочитает эти слова — и поймёт, как сильно я тебя любил. И как сильно мы боялись.
Я сейчас во дворе у старого Саркиса. Он приютил меня, дал еду и место под крышей. Сказал: «Оставайся на ночь, сынок, дорога не та теперь».
А какая она, мам, теперь?
По деревням — пусто. Люди как будто боятся дышать. Говорят шёпотом, не глядят в глаза.
Вчера вдалеке дым поднимался — чёрный, тяжёлый. Кто-то сказал: «Это там, где армяне жили».
Я не понял сразу. А потом — не захотел понимать.
Помнишь, ты всегда говорила, что мне не сидится на месте? Что я вечно в дороге, в поисках чего-то? А я искал тебя, мам. И сейчас иду — только к тебе.
Я был в Муше, потом в Битлисе. Там люди странно смотрят на нас, как на лишних. Я чувствую это телом, кожей, глазами. Кто-то прошептал, что список составляют.
Списки… чего?
Здесь, в Ване, тоже неспокойно. На улицах много солдат. Один подошёл ко мне, спросил, куда иду. Я сказал — к матери. Он посмотрел на меня, будто я уже наполовину исчез. Может, так и есть.
Мам, мне тревожно. Я не знаю, успею ли. Если не дойду — не плачь. Лучше вспомни, как я, мальчишкой, прятался в твоём подоле, когда гремел гром. А ты говорила: «Не бойся, с Богом ничего не случится». Вот и я теперь — с Богом.
Я хочу ещё раз вдохнуть запах твоего хлеба, нашего дома, твои руки. Хочу сказать: «Прости, что долго не писал». Прости, что не защитил.
Если это письмо найдут — пусть знают: я просто хотел добраться до мамы.
Я не был врагом.
Я был сыном...
Твой, всегда.
Я сидел один, в пыльной комнате старого дома, где воздух давно застыл между трещинами на стенах. Лишь солнце пробивалось сквозь деревянные ставни — мягкими, обескровленными лучами. В моих руках было письмо.
Это письмо.
Я сначала не поверил — не в бумагу, не в чернила, а в то, как сердце вздрогнуло. Оно будто вспомнило что-то своё, как если бы голос, забытый временем, вдруг назвал тебя по имени.
Я читал медленно. Слово за словом, дыхание за дыханием. И чем дальше — тем тише становилось всё вокруг. Я не слышал птиц. Не чувствовал ничего. Был только я и чей-то голос, звучащий сквозь минувшее столетие. Этот голос говорил с матерью. А я слышал — свою. И мне вдруг показалось, что письмо написано не когда-то, а сейчас. Не кем-то, а мной. Я тоже ехал, спешил, не успел. Я тоже носил в груди тревогу, которую нельзя облечь в слова.
Я прижал письмо к груди, как дитя прижимает платок матери. И только тогда, когда дошёл до строки: «Я был сыном», — я не выдержал. Слёзы сами покатились. Я не пытался их сдерживать. Слёзы мои были не о нём одном. Я плакал за всех, за тех, кто не дошёл, за тех, кого не дождались. За матерей, которые вглядывались в пыль дорог и не услышали голосов своих детей.
Мои слёзы упали на письмо. Они не смыли чернила — наоборот, будто оживили их. Как если бы время само склонило голову. Как если бы сама Армения заплакала.
Я сложил письмо бережно, словно заворачивая последний кусочек света. Я не знаю, как звали его автора. Но я знаю, кем он был.
Он был сыном.
Он был мной.
Он был каждым из нас.
Напоминаем, что работы участников конкурса, набравшие наибольшее количество откликов
- на Telegram-канале ДИАЛОГа https://t.me/dialogorg
- на странице ДИАЛОГа в Дзен https://dzen.ru/dialogarmrus
получат Приз читательских симпатий конкурса. Если Вам понравились стихи, проголосуйте или поделитесь мнением.
