Когда шептала душа...

Рецензия на книгу Е. А. Шуваевой «Когда шептала Душа»: стихи и рассказы. — Международный союз писателей имени Святых Кирилла и Мефодия. Казань. 2026. 76 с. 

В начале сентября 2026 года в г. Казани вышел в свет глубокий, пронзи­тельный сборник стихов и рассказов Елены Алексеевны Шуваевой «Когда шептала душа», посвящённый светлой памяти её отца, Алексея Ивановича Шуваева. Эта небольшая книга объемом в 76 страниц с первых секунд согре­вает визуальным теплом. Её обложка соткана из дорогих сердцу архивных снимков: вот молодой солдат Лёша Шуваев, вот — семейные кадры, где на свет уже появилась маленькая Леночка, тот самый «парнишечка Лёня», как любя называл её родной дядя Вася.

Многие знают Елену Алексеевну как талантливую поэтессу, учёного-эт­нографа, успешного организатора и человека бесконечной, глубокой доброты. Но на страницах этой книги перед нами открывается совсем другая Елена — маленькая девочка из села Морец. Читая, я отчётливо вижу её детские годы: зимой — в уютной «чебурашечьей» шубке (с. 12), летом — с удочкой на бе­регу реки (с. 11). Перед глазами встаёт образ сильной шестилетней Леночки, которая осталась одна в купе поезда и терпеливо ждала отца. Того самого, что побежал за шоколадным мороженым, но, встретив друзей, заигрался с ними в карты в другом вагоне (с. 12, 14). Или забавная, озорная девчонка, которая втайне от мамы красила синькой свои длинные косы, потому что всем сердцем мечтала стать русалкой (с. 49).

На страницах этого сборника оживает и то далёкое, беззаботное детство: я вижу ту маленькую девчушку, которая впервые в жизни усердно сажала картошку, а любимый папочка шутливо подтолкнул её сзади, на что она, резко повернувшись, не по-детски серьёзно заявила: «Я тебе что, кар­тошка, что ль?!» (с. 5).

Сегодня Елена — уже не та маленькая девочка из села Морец. Она — взрослая, сильная женщина, сотворившая в память об отце мощную, зрелую, глубинную лирику. И именно через её строки каждый из нас обретает «свой голос, свою дорогу, свою тишину». Когда рождались эти стихи, Елена Алек­сеевна, должно быть, вновь и вновь прощалась со своим главным защитником. Автор обращается к нам с обнажённой, раненой душой:

«Он ушёл и оставил мне седые волосы, 

выжженные солью слёз глаза, 

где зеленый цвет тоски стал глубже, 

прорастая корнями в память...» (с. 59). 

Каждое слово здесь дышит щемящей, невыносимой болью, которая отзы­вается в самом сердце: 

«В этом дворе — Отцом ухоженным — 

Гроб стоял. 

А в нём он — от нас огороженный,

Тихо спал…» (с. 65).

Забросив все дела, в этот октябрьский день я читала книгу на одном ды­хании, не в силах оторваться. Мы познакомились с Еленой всего за месяц до ухода Алексея Ивановича. Я знала его лишь заочно, по фотографиям и ви­деороликам в социальных сетях: человек с мудрыми глазами и доброй улыб­кой у подножия Арарата, где благодаря оживающим снимкам дочка снова мо­жет обнять папу.

В этот момент я невольно вспомнила уход собственного отца — мне тогда было всего пять лет и восемь месяцев. Горечь такой утраты не имеет срока давности. Как точно и верно написала Елена:

«Отец, я вновь иду на Арарат — 

чтобы не сойти с ума от того,  

что тебя нет...» (с. 55).

В этих строках — восхождение человеческой души. Поэтесса идёт к вер­шине, чтобы почувствовать себя ближе к Богу и ощутить саму жизнь. Как при­зналась Елена в одном из интервью, гора Арарат стала для неё той самой точ­кой, с которой заново возродилась вся её жизнь.

Вся книга разделена на тонкие, сокровенные темы, каждая из которых от­зывается в сердце своей неповторимой интонацией:

Воспоминания о малой родине и истоках: «Там, где пахнет прошлое», «Морецкий Покров», «Станция “Морец”», «Рифма для Морца», «Боги сте­пей».

Щемящие и светлые мгновения детства: «Мороженое», «Старьёвщик», «Девичьи косы», «Глазок», «Мечта о море».

Философская лирика, размышления о времени и бытии: «Рождение души», «Моё небо», «Суматошное время», «Проще простого», «Замирение», «Моя весна», «Часы», «Чужие часы», «Обречённое», «Бег», «Сижу у окна», «Акация и май», «Дождливое лето», «Когда шептала Душа».

Посвящения близким и эхо народной памяти: «Бабушке Насте и женщи­нам войны», «Она», «Кречет», «В преддверии», «На острове сенном», «Какая звонкая роса!..», «Мне хочется домой».

Проживание боли, вечная память и безграничная любовь к отцу: «Глаза­стые стрекозы на Арарате», «Письмо Отцу», «Когда ушёл Отец», «Две слезы», «Отцовский двор», «На плечах отца», «Не говорите: умер», «Птенец умер», «Души бабочек», «Кладбище в моём сердце», «Не живу».

Этот глубокий, пронизанный светлой грустью сборник — не просто книга воспоминаний. Это настоящий памятник бесконечной дочерней любви, спо­собной преодолеть земное расставание. Через личные, ранящие душу истории и тонкую лирику Елене Алексеевне Шуваевой удалось сотворить нечто уди­вительное: соприкасаясь с её болью, читатель неизбежно заглядывает в тай­ники собственной души, заново проживает личные утраты и обретает долго­жданное утешение.

В самом сердце этой книги бьётся тихая, но непреклонная вера в то, что ушедшие не покидают нас насовсем. Как пронзительно говорит сама автор на её страницах:

«Я не знаю, что ждёт нас после смерти. Но удивительно — как он остаётся рядом. Цельный. Работящий. Заботящийся. И каждый раз, когда мы говорим «умер», он будто улыбается и отвечает: — Да что вы всё — умер, умер... Вот он я. С вами. Всегда» (с. 73).

Эти щемящие слова дарят душе удивительно светлое чувство, напоминая всем нам: истинная любовь близких не имеет земных границ. Она не умирает — она продолжает жить в наших воспоминаниях и каждом стуке сердца, про­растая корнями в вечность и давая силы идти дальше.

Татьяна Ивановна Янгайкина, 

кандидат филологических наук,

г. Саранск, Республика Мордовия (РФ)