Татьяна Янгайкина: из осколков — к молитве: трагедия взорванного хачкара как пролог к новой жизни храма - Новости
16 октября 2026 года храм Святого Григория Просветителя в г. Новороссийске отметит пятилетие со дня освящения. Этого дня город ждал долгие двадцать лет, но за торжественным звоном колоколов скрывается история, о которой не пишут в официальных хрониках. Оказалось, что у долгожданного праздника есть и печальная сторона. О том, какую цену община заплатила за возведение святыни и какие личные откровения доверили мне настоятель храма Тер Комитас и прихожанин Валерий Микаелович Варданян, расскажу, опираясь на собственный опыт посещения этого священного места.
Впервые я увидела этот храм в 2022-м, проездом, направляясь по служебной командировке в Кабардинку. Тогда это было лишь мимолетное восхищение архитектурой. Но год спустя, в 2023-м, душа потребовала иного — не просто созерцания, а сопричастности. Мой путь к святыне отметился одной примечательной деталью. Судьба свела меня с армянином Григорием на автовокзале: я села в его такси, еще не зная, что этот случайный водитель окажется тезкой святого, к храму которого я направляюсь. Когда я попросила сначала заехать к святому Григорию Просветителю, он с доброй улыбкой кивнул: «Конечно, сначала храм. Так будет верно». В пути мы говорили откровенно, словно давние знакомые, а у порога святыни Григорий, взглянув на храм, тихо произнес: «Самое время, идет служба».
Посетив церковь Святого Григория Просветителя, я словно прикоснулась к застывшему в камне богословию. Архитектура храма, это не просто стены, а глубокий рассказ о Христе и Его Церкви. Двухэтажное здание храма сразу раскрывает тайну воплощения: первый этаж олицетворяет Человеческую природу Иисуса, а второй, устремленный ввысь, Его Божественную сущность. В самом сердце церкви возвышаются четыре величественные колонны. Они посвящены четырем евангелистам, но если присмотреться, каждая колонна триедина, что славит Святую Троицу. В совокупности эти двенадцать элементов напоминают нам о двенадцати апостолах, ведь Армянская церковь — Апостольская, рожденная трудами святых Фаддея и Варфоломея.
Меня поразило, как архитектор Левон Авалян и Тер Комитас, воплотили образ небесного воинства. Окна и входы храма обрели черты шестикрылых Серафимов. Это не просто декор — ангелы будто несут стражу у врат, оберегая таинство святого причастия и плод вечной жизни от всего нечистого. Когда двери открываются, кажется, что Серафимы раскрывают свои крылья, приглашая верующих под свою защиту к покаянию и спасению.
В этот день я впервые попросила благословения на добрые дела у отца Комитаса. Так началась наша теплая, душевная дружба. Его поддержка стала для меня опорой в 2024 году, когда я готовилась к выступлению перед армянской диаспорой Мордовии в память о 36-й годовщине Спитакского землетрясения. Несмотря на тяжелую болезнь, Тер Комитас нашел с Божьей помощью силы, чтобы написать официальное послание к единоверцам. Его слова, полные мудрости и участия, я зачитала на мероприятии.
Под неспешный ритм службы и светлую печаль памяти я поняла: та встреча в храме была устроена свыше, чтобы в нужный час объединить наши сердца.
Выйдя из храма после службы, я ощутила, как душу наполняет необыкновенная легкость, согретая тихим теплом благодати. Шаг за шагом я углублялась в мир, окружающий святое место, мир, пронизанный особой тишиной и светом. И вот, словно по велению свыше, моему взору открылись три монументальных Хачкара. Они стояли в безмолвном величии, их каменные поверхности хранили следы времени и молитв. Орнаменты, искусно вырезанные армянскими зодчими, будто шептали о вере, преданности и вечности. Пройдя влево, от каменных крестов я увидела прозрачный склеп, где покоились каменные мощи Хачкара. Камень из туфа, покрытый узором, похожим на каменное кружево, дышал древностью. Каждая линия была высечена с такой тщательностью, что узор казался живым, будто вот-вот дрогнет от дыхания времени. Меня давно мучил вопрос: что таят в себе эти останки, почему его хранят с такой заботой, под замком, словно он ключ к тайне, бережно укрытый от чужих глаз?
Спустя годы, после знакомства с отцом Комитасом, я решила связаться с ним. Он долгое время не выходил на связь, и я опасалась худшего. Но, к моему счастью, я услышала его теплый, нежный голос. Отец Комитас объяснил, что находился на лечении в Ереване, поэтому и был недоступен. Он рассказал, что останки Хачкара являются частью древней реликвии и духовенство храма решили сохранить от повреждений и вандализма, поместив под защитное стекло: «Его присутствие здесь, на территории храма, напоминает каждому прихожанину и гостю о том, что даже после самых тяжелых испытаний, когда кажется, что все потеряно, свет веры способен возродить утраченное. История данного Хачкара, это история о стойкости, о бережном сохранении наследия и о том, как благочестие может преодолеть любые преграды».
Исторические кадры запечатлели трагедию: молитва созидания сменилась тишиной после разрушения. Боль утраты отражена в глазах людей, пострадавших от осквернения святыни. В июле 1993 года из армянского города Сисиан в Новороссийск был доставлен Хачкар, символ надежды и оберег армянского народа. Уничтожение этого храма стало ударом по самому сокровенному, не имеющим оправдания. Это не просто осколки камня, а застывшая скорбь по несбывшемуся, по утраченной вере и связи с Богом. Разрушение Хачкара, произошедшее через год после инсталляции, стало одной из многих темных страниц в новейшей истории армянского сообщества. Этот символ нес в себе вековую память, традиции и духовные ценности. Его установка в городе должна была стать мостом между прошлым и будущим, знаком преемственности и бережного отношения к культурному наследию. Но вместо этого он стал жертвой вандализма, свидетельством того, как легко можно разрушить то, что строилось поколениями. Каждый осколок этого камня, это застывшая слеза, шепот молитвы, который оборвался на полуслове. Это напоминание о том, что культура, вера и национальная идентичность — это не абстрактные понятия, а реальные ценности, которые нуждаются в защите.
Хачкар был своего рода посланием от предков, завещанием беречь и передавать дальше то, что завещали нам они. Его уничтожение — это предательство этого завещания, преступление против памяти. Но, подобно Христу, святыня встретила свою Голгофу: Хачкар был кощунственно взорван, а само право армянской общины на молитву в этом месте было предано забвению под тяжестью мирских сомнений. Однако святость нельзя уничтожить земным металлом или людским решением. Испытав горечь «распятия» и изгнания, дух храма не угас. Пройдя через скорбь и несправедливость, он обрел свое воскресение на новых землях Мефодиевки. Там, где враги видели конец, Господь явил новое начало, и ныне возрожденный храм стоит как живое свидетельство того, что истинная вера непобедима и всегда восстает из пепла к вечному свету.
Знакомство с Валерием Варданяном, хранителем священного Хачкара, стала поворотным моментом. Тер Комитас, мой проводник, представил меня человеку, чья преданность святыне поражает. После разрушительного взрыва, именно Валерий, с невероятным упорством, кропотливо собирал уцелевшие фрагменты Хачкара, словно восстанавливая по осколкам потерянный рай. Он бережно перевез останки в свою дачу, где долгие годы, с любовью и терпением, восстанавливал первозданный облик священного камня.
С 1994 года Валерий Микаелович, подобно верному стражу, оберегал священные фрагменты Креста. Почти два десятилетия он по крупицам собирал эту святыню из руин и осколков, вкладывая в свой труд не силы, но саму душу. Велики были искушения: влиятельные люди сулили земные блага и огромные деньги, пытаясь убедить его расстаться с реликвией. Но истинная вера не знает цены — Валерий остался непреклонен перед мирскими соблазнами. Единственным, кому он открыл свое сердце, стал его духовный наставник, Тер Комитас. Повинуясь зову долга, Валерий доверил святыню храму, обретя для нее единственно верное пристанище.
Словно верный путник, Хачкар прошел свой тернистый путь в тени величественного храма Святого Григория Просветителя, неизменно следуя за его благодатью. В 2014 году это великое таинство наконец свершилось: освященный камень, годами ждавший своего часа, обрел покой и вечную жизнь, став незыблемым небесным покровителем для всех приходящих под сень святыни.
Пусть эти осколки станут призывом к действию, напоминанием о том, что мы должны быть бдительны, защищать наши святыни и бороться за сохранение нашей культуры. История показывает, что именно в такие моменты, когда кажется, что все потеряно, народ находит в себе силы для возрождения. Пусть память о разрушенном Хачкаре послужит катализатором для укрепления нашей общины, для сохранения нашей веры и для передачи нашего духовного наследия будущим поколениям. Теперь этот древний камень стоит, как вечное напоминание. Он свидетельствует о том, что в суровой реальности нашей жизни, где порой бушуют страсти и совершаются акты вандализма, истинная вера в Бога является несокрушимой силой. Хачкар, восстановленный из пепла, олицетворяет торжество духа над разрушением, надежду и непреходящую силу человеческой преданности.
Так, через кропотливый труд Валерия Варданяна и мудрое решение Церкви (Тер Комитаса), священный Хачкар обрел новый дом, продолжая нести свое послание о силе веры и надежды, о непобедимости добра перед лицом зла, и о том, что истинная духовность способна пережить любые бури.
кандидат филологических наук
г. Саранск Республика Мордовия
Автор благодарит Тер Комитаса и Валерия Варданяна за предоставленную информацию, съемку и фотографии
