Под сенью вековых святынь: сокровенный благовест дагестанских армян - Новости

Предлагаемый вниманию читателей очерк — это не просто путевые заметки исследователя и не сухой отчет о сборе полевого этнографического материала. Это живое свидетельство соприкосновения с древней и сокровенной историей армянского наследия на земле Южного Дагестана, рожденное на стыке личного паломничества и профессионального поиска. В основе этой публикации лежит уникальная встреча автора с Председатель правления Армянской культурно-религиозной общины (основана 17 апреля 1995 года) Дербента Кареном Олеговичем Аллахвердовым — человеком, чья созидательная энергия, глубокая преданность своему народу и истинная вера стали ключевой силой в деле возрождения вековых святынь региона. Сквозь призму этого личного диалога в очерке раскрывается подлинная, неискаженная хроника восстановления храма Святого Григориса в селе Нюгди. Карен Олегович стал достойным преемником и продолжателем благородного дела, начатого прежним председателем общины — Виктором Михайловичем Даниляном, чей земной путь завершился в 2018 году. Упокоит Господь его душу, ведь именно его труды и заложенный им фундамент нашли свое живое продолжение в деятельности нового лидера.

Документальный фильм режиссера Карена Арамовича Арзуманова «Дорога к храму», подаренный мне в прошлом году, открыл малоизвестные, но глубокие страницы истории армянской диаспоры на Кавказе. Эта кинохроника стала мощным импульсом: я решила совместить летний отдых в Избербаше со сбором полевого этнографического материала. Запечатленный в фильме образ армянской святыни в селе Нюгди — храма Святого Григориса — буквально звал меня к себе на протяжении всего отпуска.

Путешествие началось в знаковый день — 22 июня. Электричка прибыла на вокзал Дербента, одного из древнейших культурных центров региона. Еще из окна вагона среди встречающих я заметила председателя местной армянской общины Карена Олеговича. С первой же секунды общения стало очевидно, что он интуитивно понимает цели моей экспедиции.

Мы направились по колоритным, извилистым улочкам древнего города. Виртуозно ведя машину, председатель увлеченно рассказывал об известных армянских династиях Дербента. Из его уст оживала история благотворителей Мирзоевых, Самиковых и Бегляровых, внесших огромный вклад в развитие региона. Вспомнил он и выдающегося тренера Арменака Карапетяна — основоположника дагестанской школы вольной борьбы. Мои диктофон и фотоаппарат включились в работу с первых минут, фиксируя каждое ценное свидетельство.

Вскоре городские кварталы остались позади. Автомобиль выехал на простор загородного шоссе, устремляясь к селу Нюгди. Равнинные пейзажи стремительно уступали место живописным предгорьям Южного Дагестана, а воздух становился все более прозрачным. И вот на фоне южного неба и зеленых массивов показались величественные очертания и строгий купол храма Святого Григориса. Святыня, которая еще год назад на экране лишила меня покоя, теперь обретала реальные, осязаемые черты.

Оставив машину, мы пешком пересекли небольшой сосновый бор. На стене старинного здания мое внимание привлекла строгая гранитная табличка — официальное свидетельство непреходящей ценности этого места. На ней было высечено: «Объект культурного наследия федерального значения. Армянский храм позднего средневековья. Охраняется государством. Регистрационный номер в АИС ЕГРОКН № 051410728520006».

Этот сухой юридический статус обнажает глубокий философский разлом, когда живой разговор с Творцом пытаются измерить параграфами законов. В прессе порой пишут, будто армянская община республики «борется за право содержать» свои святыни, но в эти слова вкрадывается досадная неточность. Будем честны: диаспора не борется за право содержать — она уже долгие годы фактически сама, своими силами и средствами, оберегает и восстанавливает этот храм в селе Нюгди. Армяне Дагестана не просят земных благ — они созидают. Но парадокс человеческого бытия таков, что, восстанавливая стены дома Божьего своими руками, люди сегодня вынуждены вести земную, юридическую борьбу в залах судебных заседаний.

Настоящая тяжба сегодня идет за подлинный статус и возвращение другого, главного духовного детища общины в самом сердце Дербента — храма Святого Всеспасителя (Сурб Аменапркич). Община отстаивает право на то, чтобы в этих стенах, где сейчас располагается музей ковров, вновь звучали литургии, совершались таинства крещения и возносились тихие молитвы. В этой судебной борьбе за возвращение святыни проявляется поразительная, монолитная сплоченность армянской общины Дагестана: здесь нет безучастных, благодаря тому что община очень сплоченная, в общее дело делом и словом вкладывается каждый прихожанин.

И эта преемственность созидания глубоко укорена в истории региона. Исторические источники свидетельствуют, что у истоков возведения собора Сурб Аменапркич в 1860 году стоял сам генерал Михаил Тариэлович Лорис-Меликов — выдающийся военачальник армянского происхождения и будущий премьер-министр Российской империи, занимавший тогда пост военного начальника Южного Дагестана. Именно Лорис-Меликов доверил проектирование храма сосланному в Дербент драматургу Габриэлу Сундукяну, который применил свои инженерные знания, полученные в Санкт-Петербургском университете.

Проект генерала Лорис-Меликова и Сундукяна стал общенародным делом, в которое свои колоссальные средства и силы на протяжении десятилетий вкладывали великие армянские благотворители, купцы и меценаты старого Дербента. Храм строился на пожертвования и руками знаменитых династий: Качкачьянц, Сарухановых (Саруханян), Мирзоян (Мирзоевых), Шахиджанян (Шахиджановых), Тер-Симонянц, Погосовых (Погосян), Понунцевых (Понунц), Тер-Газарянц, Ванецянц и многих других.

Святыня, построенная такими великими именами, не должна нести тяжелый, чуждый ей крест, оставаясь лишь выставочным залом. Нельзя занимать место Бога в Его собственном доме. Суд — это лишь человеческий фактор, берущий на себя дерзновение решать судьбу божественного пространства. И именно сейчас, вопреки всем тяжбам, благодаря меценатам и простым верующим, завершается масштабный капитальный ремонт в Нюгди, а община продолжает твердо стоять на своем, требуя открыть врата для живой молитвы.

Подойдя ближе к главному входу в Нюгди, я подняла глаза: прямо над полукруглой аркой дверей, увенчанных лаконичным крестом, в стену была вмонтирована старинная каменная плита. Высеченная на ней древняя армянская вязь словно доносила до нас голос ушедшей эпохи, связывая архитектурное величие храма с именами его создателей.

Врата были гостеприимно распахнуты настежь. Промыслительно мы оказались здесь в самый благодатный момент: три талантливых варпета (мастера — Валерий Арзуманян, Семен Авагимян, Рафаэль Пальян) совершали таинство, к которому невозможно было отнестись без священного трепета, — они устанавливали церковный колокол. Вся величественность этого исторического мгновения воплощалась в самих мастерах. Один из созидателей, со следами благородного строительного труда на рабочей одежде, сосредоточенно и благоговейно держал в руках кованые элементы оснастки. В его сильных руках читалось понимание важности момента — этот тихий труд возвращал храму его подлинный исторический голос.

Внутри древних стен царила особая атмосфера духовного торжества. Архитектура купольной зоны устремляла взгляд строго вверх: мощные полукруглые арки плавно переходили в высокий световой барабан, сквозь узкие окна которого струился мягкий небесный свет, а венчала свод круглая люстра, напоминающая сияющее солнце.

Настоящим сердцем интерьера предстал белокаменный алтарь. В его центральной нише, под сенью небольшого креста, покоилась поясная икона Пресвятой Богородицы с Младенцем. Ниже, на самом престоле, выделялся резной армянский крест, а у основания солеи красовался рельефный аревахач — древний армянский знак вечности.

Рядом, в левом крыле храма, обустроен баптистерий. Его стены украсил своим самобытным декором один из работавших здесь мастеров: из теплой фактуры камня рельефно проступают фигуры двух орлов с распростертыми крыльями. В армянской духовной традиции орел символизирует обновление веры и божественное присутствие, что придает зоне купели глубокий смысл.

У одной из икон и горящих лампад мое внимание привлекла изящная тканая хоругвь с традиционным орнаментом. На ней ровными буквами был выведен канонический текст молитвы «Отче наш» («Հայր Мեր») на грабаре — древнем литургическом языке, который стал для меня еще одним живым свидетельством нерушимости традиции, звучащей в этих стенах сквозь века.

В завершение нашего глубокого разговора под этими вековыми сводами я зажгла свечи и замерла в благоговейной тишине. Огоньки робко освещали строгие каменные стены, пока мы молча молились. Я всем сердцем молила Бога лишь об одном — чтобы Он указал верный и праведный путь тому судье, в чьих руках окажется судебное дело. Ведь этот человек примет на себя колоссальную духовную ответственность — не просто за юридическую судьбу древних камней храма Святого Всеспасителя (Сурб Аменапркич) в Дербенте, но за душу каждого прихожанина, который может оказаться лишенным живой молитвы вместе со всей армянской общиной Дагестана.

И в этот самый миг тишину прорезал первый, чистый и глубокий удар новорожденного колокола, который подарил храму армянин из Воронежа Ашот Григорьевич Арутюнов. Этот звук торжественным эхом разнесся под куполом.

Особый, глубокий символизм открылся мне чуть позже, когда я повернулась к выходу. Сам Творец, казалось, срежиссировал эту удивительную панораму: прямо сквозь открытый дверной проем, в обрамлении строгой каменной арки с традиционным армянским крестом, на горизонте величественно проступил минарет сельской мечети.

Этот вид — не просто случайный кадр, а живое воплощение вековой мудрости Дагестана. В этой уникальной точке пространства христианская и мусульманская святыни не просто сосуществуют, они ведут непрерывный, безмолвный диалог о мире, братстве и взаимном уважении. Строгие линии армянской архитектуры гармонично соединились в одном пейзаже с устремленным ввысь минаретом, создавая монументальный образ кавказского согласия, где разные дороги неизменно ведут человека к единому Богу. Чистый звук нового колокола улетал в открытые двери, закрепляя ощущение завершенности нашего паломничества и напоминая, что подлинная вера не имеет границ.

В завершение этого благодатного дня была сделана общая памятная фотография на фоне алтаря. Рядом со мной стоят три скромных человека — те самые мастера с золотыми руками. Они не имеют высшего специального или архитектурного образования, но являются подлинными народными ваятелями, которые чувствуют камень душой. Именно их мозолистыми руками, ведомыми искренней верой, сегодня оживает этот храм. Эта встреча показала, что живая преемственность мастерства передается от сердца к сердцу, через созидательный труд во славу духовного наследия.

Эта история не заканчивается сегодняшним днём — впереди её ждет новая, светлая глава. Карен Олегович тепло пригласил нас на великое торжество: 23 августа 2026 года состоится долгожданное освящение храма. Это будет масштабный духовный праздник, на который съедутся почетные гости и высшие церковные служители со всех уголков. Событие обещает стать настоящим триумфом веры и венцом многолетних трудов всей общины. Что Бог даст — обязательно свидемся вновь под этими благодатными сводами!

Список научной литературы:

1. Максимчик А. Н. Правитель «прочной справедливости и крепкого порядка»: М. Т. Лорис-Меликов в Дагестане (1860—1863 гг.) // Новое прошлое. 2021. № 4. С. 54—69. (Исследование роли Лорис-Меликова в Южном Дагестане и его содействия армянским общинам).

Газаров А. А. Армянская епархия на Северном Кавказе и ее приходы (1717 — 1917 гг.) // Историко-филологический журнал. 2012. № 2. (История становления приходов и благотворительности купеческих фамилий в Дербенте).

Материалы Центрального государственного архива Республики Дагестан (ЦГА РД). Фонд «Дербентское городское общественное управление». Документы о пожертвованиях и строительстве культовых сооружений армяно-григорианского вероисповедания в Дербенте XIX — нач. XX вв. (Источники упоминания династий Понунцевых, Качкачьянц, Саруханянц, Мирзоянц).







Татьяна Ивановна Янгайкина,

кандидат филологических наук,

г. Саранск Республика Мордовия (РФ)